djhooligantk (djhooligantk) wrote,
djhooligantk
djhooligantk

Categories:

«Саратовский Листок»: конец буржуазной газеты

Предоставлено автором Татьяной Саблиной

«Саратовский Листок» в 1917 году: конец «буржуазной» газеты

«Саратовский Листок», долгие годы освещавший события в Саратове и губернии, никогда особо не занимался политикой. Однако в 1917 году он не мог остаться в стороне. Источник всех бед по-прежнему все искали в самодержавии, и люди еще были полны решимости отстаивать демократические свободы, которые им дала революция (позже названная Февральской). А тогда она была – единственной и настоящей, и только с ней и с Временным правительством связывали надежды на лучшую жизнь.

Однако вместо счастья народного страна погружалась в хаос. Воцарились беззаконие и произвол, люди нуждались в самом необходимом.

Но та часть населения, мнение которого выражали журналисты «Листка», чувствовала в большевиках, еще не пришедших к власти, большую опасность для России. События датированы началом октября - концом ноября 1917 года.


«Давайте нам мир хоть позорный и похабный»

«Постыдные посулы» - под таким заголовком саратовцы читали:

«До какой степени опустошена, изгажена, оплевана русская душа. В печати не было названо имя той позорной дивизии, представитель которой на последнем заседании солдатской секции Петроградского совета рабочих и солдатских депутатов во всеуслышание огласил постыдный наказ своих посланцев:

- Наша дивизия требует мира во что бы то ни стало. Давайте нам какой угодно мир, позорный, похабный, деревянный… Мы пойдем на всё…

Бурными аплодисментами приветствовал их, надо думать, большевистский совет это гнусное заявление. Ещё бы. Вдумайтесь в эти отвратительные, глупые и тупые слова, прикрывающие такую же поганую мысль. Болью и стыдом за Россию, за её несчастный народ, за её опозоренную армию сжимается сердце каждого, кто ещё не утратил чувства народной чести. И каким презрительным и самодовольным смехом над русскими «свиньями» зальётся немец, прочтя эти бесстыдные и жалкие слова».

«Листок» цитирует один из анекдотов, какие переходят из уст в уста.

«Священников большевики не жалуют, и из всех иереев Балтийского флота только один успел заслужить их признание. Батюшка угодил тем, что во время церковной службы возглашал так:

- О мире без аннексий и контрибуций Господу помолимся!

Даже большевики признали флотского героя, который думал о своей духовно-революционной карьере, своим».

Саратовская газета занимала патриотические позиции, интернационализма она не принимала в условиях кровопролитной войны и видела в немцах не возможных «товарищей», с которыми в будущем можно будет строить новое общество, а лишь врагов – жестоких и беспощадных.

Немцы, в свою очередь, своё отношение к России очень ясно показывали в своей печати. Саратовский журналист пишет:

«Наши «безродники» (интернационалисты) прочли хотя бы то, что пишут о России их друзья немцы. В последнем номере немецкого юмористического журнала «Simpliciss mus»,
издающегося в Мюнхене, помещена такая карикатура на Россию. На кроваво-красном фоне выступает богатырская фигура русского мужика, взлохмаченного, с полузакрытыми глазами, в состоянии явного опьянения. В руках огромная сабля, которой мужик дико размахивает. Внизу валяются трупы, обломки зданий, вдали видны покосившиеся дома, падают главы церквей – полный хаос и разрушение. И зловещая подпись: «Сепаратная война». Та самая, которую в противовес сепаратному миру проповедовали одно время большевики. Немцы отлично подметили эту новейшую формулу: «мир на войне, война в тылу». Они возлагают на нее свои надежды. Но они не нашли настоящей подписи. Страшенный русский мужик, рубя головы и разрушая дома, конечно, должен кричать: «Вся власть советам!»

Кто защитит нас?

По Саратову ползли слухи, от которых бегали мурашки по коже. Корреспондент «Листка» уверял, что это «на руку только темным силам, алчущим поживы в общей суматохе». Пытаясь успокоить читателей, он писал так:

«Походите по Митрофаньевской площади, поговорите с фруктовщиками:

- Почему у вас так мало товару? Нет ни арбузов, ни других сезонных фруктов?
- А знаете, господин, опасаемся, верный человек говорил: будут громить!
- Да что вы, разве в Саратове кто-либо допустит погром? Ведь город большой, в нем войска много, и наш гарнизон, слава богу, ведет себя чинно и в порядке!
- А что было в Астрахани, в других городах? Сегодня все чинно, а за завтрашний день поручиться нельзя, все, что у нас есть, в одну минуту может пропасть. Боязно!

Все мои попытки рассеять тревогу указанием на то, что Саратов среди всех революционных бурь оставался спокойным и что эксцессы до сих пор пресекались в зачатке – бездействуют. Тревога растет. Все это, конечно, ерунда, плод расстроенного воображения испуганных обывателей».

Вряд ли могли успокоить народ такие убеждения. «Кто защитит нас?» - этот заголовок газетной статьи был одним из главных вопросов, которые мучили тогда людей, и в том числе, конечно, саратовцев. Город и губернию захлестнула волна преступлений и самосудов, власть оказалась слишком слабой, чтобы этому противостоять. О самосуде над дезертиром корреспондент «Листка» пишет так:

«1 октября через Покровск по направлению к перевозному пароходу патруль солдат сопровождал пойманного дезертира для отправки в Саратов. Но по дороге собралась толпа и с криком: «Он опять убежит и будет грабить и насиловать», стала требовать лучше убить его. Один из публики ударом кулака сбил дезертира, а другой, отец потерпевшей девочки, которую дезертир изнасиловал, схватил камень и ударил преступника по голове. Послышались стоны и мольбы. Но было уже поздно: били чем попало, кололи штыками ружей до тех пор, пока от несчастного не получилась окровавленная масса. Убитый был известным вором, его поймали на месте совершенного насилия».

А вот разбойничье нападение на присяжного поверенного Глебова было, с одной стороны, совершенно обычным в те страшные дни. Он возвращался по Константиновской на Провиантскую домой. Не доходя трех шагов до парадного крыльца своей квартиры, он увидел, как к нему подошли два солдата и трое в штатском. Окружив Глебова, солдаты выхватили из карманов по нагану и, приставив дула к вискам поверенного, сказали:

- Мы большевики! Руки вверх! Не шевелись, а то будет тебе роковая пуля!

«Большевики» стали шарить по карманам Глебова. С помощью адвокатского красноречия поверенный убедил их отдать хотя бы обручальное кольцо и ключи. Налетчики не торопились - удалились медленно, как люди, которым некого бояться.

Но налет был не рядовым потому, что Глебов не раз защищал в военном суде экспроприаторов и разбойников, и не один десяток их, благодаря поверенному, в дни самодержавия избежал смертной казни. Уж не спасенные ли им бандиты вот так «отблагодарили» его?

Пугающие слухи, видно, ползли не просто так. Все больше становилось сообщений о погромах и аграрных беспорядках в Саратовской губернии: в селе Липовке в имении Ростовцевой и Гофман крестьяне захватили землю, расхитили хлеб, картофель, отобрали лошадей, сельскохозяйственные орудия. Хозяевам запретили пользоваться телефоном. В селе Ищейкино у В.Г. Борель крестьяне захватили и разделили землю, самовольно пасли скот на лугах, запретили сдавать землю в покос. Происходили стычки, грозящие кровопролитием, когда хозяева брались защищаться от грабителей.


А кто такой буржуй?

Родилось новое слово, в котором концентрировалась ненависть, грозящая любым беззаконием. Но кто такой буржуй – этот вопрос стал весьма актуальным. «Саратовский Листок» по этому поводу иронизировал так:

«Спасибо Германии, доставившей нам г. Ленина. И спасибо гражданину Ленину, разъяснившему нам, наконец, что это за зверь такой – буржуй. На этот счёт у нас понятия были довольно сбивчивыми. Для некоторых достаточно увидеть на человеке шляпу, а не малахай, чтобы сказать с презрением:

- Буржуй!

Для других вам необходимо обзавестись хоть собачьей конурой, чтобы получить аттестацию настоящего буржуя. Для третьих обладание носовым платком – вернейший признак буржуя».

Конечно, карикатурно, но признаки чужака очерчены. Вот так создавался образ врага.


Россия во мгле

Может быть, Уэллс вкладывал в название своей книги и переносный смысл. Но на Кузнецк Саратовской губернии буквально спустилась мгла: в городе не оказалось керосина. Помимо нехватки самого насущного – соли, пшена, муки, риса с наступлением сумерек воцарялась темнота везде – и у рядовых жителей, и в общественных учреждениях. Не на чем даже было вскипятить воды и сварить похлебку хотя бы из того, что есть.

Городское самоуправление и некоторые фирмы выписали несколько цистерн керосина, которые застряли где-то в пути. Городское управление изо дня в день осаждалось взволнованными и плачущими женщинами. Все требовали керосина.

Темные личности распускали провокационные толки против торговцев и общественных учреждений.
Дефицит все больше завоевывал свои права в жизни людей, которые раньше не слышали такого слова. Стояли длинные очереди за продуктами. В Покровске по жребию раздавались даже галоши – по сообщению газеты, на весь город привезли только 600 пар, запись на которые производилась в волостном управлении. Те из людей, которые никогда не были сапожниками, пытались шить себе обувь сами…


Вооруженный мятеж. Власти нужна честная народная поддержка

Рука наборщика «Саратовского Листка» дрожала от волнения, когда он 26 октября 1917 года набирал заголовок: «Нужна чстнеая народная поддержка». Опечатка так и осталась.

«Вооруженный мятеж военной силой хочет стереть с лица нашей земли все те завоевания революции, какие с такими усилиями и жертвами были сделаны. Кучка лиц, пользуясь исключительным положением и наличностью в их распоряжении физической, слепой, военной силы, пытается навязать всей стране свою исступленную волю и лишенную всякого разума программу деятельности. Временное правительство, которому мы присягали и обещали свою поддержку, осаждается в буквальном смысле и находится под обстрелом тяжелых орудий и под угрозой свержения. На помощь Петрограду идут войска. Временному правительству оказывает поддержку казачество. Нет никакого сомнения, что большинство населения за поддержку правительства Керенского, но все мы понимаем, какое смятение, какая смута может быть внесена в умы невежественной и преступной части населения…»

Сообщалось, что в Петрограде большевики, овладев контрразведкой, первым делом бросились к документам - делу Ленина, которое и было ими похищено.

27 октября началось и вооруженное выступление в Саратове. Дума осаждена, по городу ходят вооруженные отряды солдат, патрули. Занятия в учебных заведениях отменяются. Банки, магазины, конторы запираются. Газета пишет:
«К 3-м часам дня все проходы к городской Думе оцеплены войсками, к тому же на горах располагается артиллерия. Одновременно власть большевиков в городе возрастает. Отдается первый приказ: обыскивать прохожих и отнимать оружие. Перепуганные люди прячутся по домам. Среди наступившей в городе тишины отчетливо раздаются орудийные выстрелы, равномерный стук пулеметов и ружейная пальба. Стрельба продолжается всю ночь до утра, когда Дума сдается. На улицах Саратова – Московской, Приютской, Царицынской строятся баррикады».

Наши черные дни

Газета отсчитывала последние недели своего существования. 28 октября в статье «Наши черные дни» сообщалось:
«Естественное желание каждого из нас: пусть скорее текут эти кошмарные черные дни, пусть скорее отвернется народ от той гнойной массы народного разложения, личного вырождения и изуверства, которое называется словом большевизм. Как идейного и культурного течения, большевизма больше нет: он выродился в политическую авантюру и простой бунт, в разбойное нападение на революционную власть и воровство завоеванной нами свободы. Мы можем молить судьбу только об одном: пусть нарвавший окончательно нарыв русской революции скорее вскроется. За этим последует несомненное облегчение».

Нарыв вскрылся. Волна разнузданности захватила и подрастающее поколение. В Липках собирались компании учащихся, и прохожие слышали выкрики из революционного словаря и площадную брань по адресу буржуев и преподавателей. Учителя сообщали о массовых прогулах учеников, которые вместо занятий ходили на митинги, родителям, а те беспомощно разводили руками: «Сын вышел из повиновения. Ничего не можем сделать».


«Твое открытье, Гутенберг, решил закрыть сердитый Троцкий»

После 28 октября «Листок» не выходил неделю. Ни газеты, ни телеграммы не могли по независящим от редакции причинам увидеть света.

«От редакции.

Воскресный номер «Саратовского Листка» не вышел вследствие прихода в воскресенье в типографию вооруженных солдат, потребовавших, чтобы набор был рассыпан. Настоящее положение печати таково, что нет у нас никаких гарантий, что и этот номер дойдет до читателя и подписчика. Тем не менее считаем своим долгом объяснить подписчику - наш гражданский долг защищать свободу слова и печати. Никакая цензура наших мнений несовместима с достоинством печати, с теми свободами, кои провозглашены революцией. Мы обязаны их хранить. Либо полная свобода слова и печати, либо конец нашего культурного, гражданского и политического бытия. Поэтому да не посетует на нас читатель, если по независящим от нас причинам этот сокращенный, неполный, наспех составленный номер все-таки не увидит света…»

Газете суждено было просуществовать ещё немного. В одном из последних номеров помещается язвительная заметка: «Троцкий в передней».

«Троцкий настолько уверен, что он подлинный министр иностранных дел, что отправился с визитом к послу Великобритании Бьюкерену. Приемная была заперта, а Троцкого просили обождать в передней. Через двадцать минут ему было передано через лакея, что, к сожалению, посол принять его не может. Отдал ли лакей визит Троцкому – сведений не имеется».

25 ноября, в своем последнем номере, газета откликнулась на Декрет о печати, по которому закрывали все оппозиционные газеты, стихотворением, где были такие строчки:

Вотще я цензора отверг,
К моим устам приставлен сотский.
Твое открытье, Гутенберг,
Решил закрыть сердитый Троцкий.
Лети, спасительный декрет!
Излишен гнет сомнений праздных.
О чем гадать? Буржуев нет,
Газет не видно буржуазных.


Что сталось с журналистами «Саратовского Листка», отстаивавшими свою гражданскую позицию, свободу слова до конца? Скорее всего, судьба их была печальной. Но их стойкость вызывает уважение и через сто лет.

Татьяна Саблина

Tags: #Саратов, Ленин, краеведение
Subscribe

Posts from This Journal “Ленин” Tag

promo djhooligantk january 17, 2020 13:00 4
Buy for 30 tokens
Это мой личный рейтинг. Те посты, которые я считаю самыми интересными за 2019 год. Посты представлены в списке в порядке опубликования их в течение года. Строительство аэропорта Гагарин: январь 2019 Последний оранжевый самолёт покинул Саратов + Авиаспоттинг "Саратов-Центральный"…
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 0 comments